H2: Поездка в лес
В середине мая Лёша неожиданно заявил, что хочет на природу. Не в кафе, не в кино, а именно в лес. С палаткой. Таня сначала не поняла.
— Ты? В лес? С палаткой? — она оторвалась от ноутбука. — Ты же у нас городской житель до мозга костей. Последний раз ты был на природе, кажется, на корпоративе в 2019-м, и то там был шатёр с официантами.
— Ну вот, — Лёша обиделся. — А может, я хочу вспомнить детство. Мы с пацанами часто ездили на карьеры, рыбачили. И вообще, свежий воздух полезен. Тебе тоже надо проветриться, а то ты вечно в своих таблицах.
Таня хотела возразить, но потом подумала: а почему бы и нет? Ипотека, работа, свекровь — всё это давило. Может, действительно стоит сменить обстановку. Тем более, майские праздники, можно взять отгул.
— Ладно, — согласилась она. — Только без фанатизма. Берём палатку, спальники, минимум вещей. Едем на два дня.
Лёша просиял и тут же начал гуглить, где можно остановиться. Выбор пал на базу отдыха в Тверской области, недалеко от озера. Там были места под палатки, но также имелись домики и баня. На случай дождя.
Собирались в пятницу вечером. Таня складывала в рюкзак тёплые вещи, аптечку, зарядку для телефона. Лёша возился в гараже с машиной. За окном моросил дождь.
— Может, не поедем? — крикнула Таня из комнаты. — Дождь же.
— Пройдёт! — отозвался Лёша. — Прогноз нормальный. Не ной.
Таня вздохнула и застегнула рюкзак. В прихожей зазвонил телефон. На экране высветилось «Тамара Васильевна». Таня не стала брать. Пусть Лёша сам разбирается.
Через полчаса они выехали. Дорога заняла около трёх часов. Лёша вёл машину, включив старые песни «ДДТ». Таня дремала на пассажирском сиденье, подложив под голову куртку. За окном мелькали дачи, поля, редкие деревни.
Когда приехали, уже стемнело. База отдыха представляла собой несколько деревянных домиков, окружённых соснами. Пахло сыростью и хвоей. На ресепшене их встретила женщина в вязаной кофте.
— Палатку ставить будете? — спросила она. — Места есть у дальнего озера. Только учтите, там сейчас никого. И медведи, говорят, ходят. Но это так, байки.
Лёша напрягся.
— Медведи?
— Да не бойтесь. Они людей не трогают, если не провоцировать. Но еду лучше не оставлять.
Таня посмотрела на мужа. Тот сглотнул.
— Может, в домик? — предложила Таня.
— Нет, — упёрся Лёша. — Мы же за приключениями. Ставим палатку.
Они разбили палатку в темноте, подсвечивая фонариком. Таня постелила спальник, достала термос с чаем. Сидели у костра, который Лёша кое-как разжёг. Звёзды были яркие, воздух холодный. Таня пила чай и чувствовала, как напряжение уходит.
Утром их разбудил стук по палатке. Таня испуганно открыла глаза. Лёша уже вылез наружу. Таня выглянула следом.
Перед палаткой стоял мужчина лет пятидесяти. Высокий, с бородой, в брезентовой куртке и резиновых сапогах. В руках он держал удочку.
— Доброе утро, — сказал он. — Вы тут одни? А то я смотрю, костёр не потушили. Опасно.
— Ой, — Лёша засуетился. — Забыли. Спасибо.
Мужчина представился Григорием. Он работал егерем на соседнем участке и часто бывал здесь. Жил в сторожке неподалёку.
— Чай будете? — предложил он. — У меня и заварка есть, и котелок.
Так они познакомились.
H3: Разговор у костра
Вечером они сидели втроём у костра. Григорий подкинул дров, помешал угли. Лёша разлил по кружкам чай. Таня укуталась в плед.
— А вы здесь давно? — спросила она.
— Лет двадцать, — Григорий посмотрел на огонь. — Раньше в городе жил, в Москве. Работал на стройке. Потом надоело. Купил домик, стал егерем.
— И не скучно? — Лёша удивился.
— Не-а. Зверьё, лес — это лучше людей. Они не врут.
Григорий замолчал. Таня заметила, что у него на левой руке не хватало двух пальцев. Он перехватил её взгляд.
— Это меня медведь угостил, — усмехнулся он. — Давно было. Реальная история из жизни, которую не расскажешь первому встречному. Хотите?
Таня кивнула. Лёша пододвинулся ближе.
— Ну, слушайте.
Григорий отпил чай и начал.
— Было это лет восемь назад. Осень, глубокая. Я тогда ещё не егерем был, а так, охотником-любителем. Пошёл на промысел, один. Думал, возьму пару зайцев, вернусь. Но завернул не туда. Забрёл в чащу, где раньше не ходил. И тут — встреча с медведем. Матёрый, огромный. Я его не заметил, он меня тоже. Мы столкнулись буквально нос к носу. Он встал на задние лапы, заревел. Я с ружьём, но какой толк? Один выстрел, и то не факт, что уложу. А он быстрее.
— И что? — Лёша затаил дыхание.
— А то. Я начал медленно отступать. Он за мной. Я назад, он назад. Я вбок, он вбок. Так мы друг друга пасли минут двадцать. Потом я споткнулся о корягу, упал. Ружьё отлетело. Он подошёл, навис. Я думал, всё. Но он только лапой меня по руке задел — вот, пальцы оторвал. И ушёл. Не знаю почему. Может, не голодный был, а может, просто испугался.
— Жуть, — выдохнула Таня.
— Дальше хуже. Я один, в глухом лесу, без ружья, с разодранной рукой. Кровь хлещет. Начал выживание в лесу. Знаете, что такое выживание в лесу? Это когда ты не думаешь о смысле жизни. Ты просто хочешь дойти до дома. Я перевязал руку, чем мог, и пошёл. Три дня шёл. Без еды, без воды. Пил из ручья, ел ягоды. На четвёртый день вышел к дороге. Меня подобрали.
Григорий замолчал. Лёша смотрел на него с уважением.
— А как же преданность животных? — вдруг спросила Таня. — Вы сказали, что зверьё лучше людей.
Григорий усмехнулся.
— Это я про собаку. У меня был пёс, Бим. Я его в лес с собой не взял, оставил дома. Так он, когда я пропал, сорвался с привязи и прибежал. Нашёл меня в лесу, уже на второй день. Он меня и вытащил. Привёл к людям. Вот это и есть преданность животных. Ни один человек так бы не поступил. Я потом этому псу памятник поставил. До сих пор стоит.
Таня молчала. Она смотрела на огонь и думала о чём-то своём. Лёша тоже не говорил. Только трещали дрова.
— Ну, — Григорий встал. — Пойду. Засиделся я с вами. Завтра ещё увидимся.
Он ушёл в темноту. Таня и Лёша остались у костра.
— Сильная история, — тихо сказал Лёша.
— Ага, — Таня кивнула. — Знаешь, что я подумала? Мы всё время ругаемся из-за мамы. Из-за всякой ерунды. А тут человек три дня выживал, и его собака спасла. А мы… мы не собаки.
Лёша посмотрел на неё.
— Ты это к чему?
— Ни к чему. Просто мысли.
Таня встала и пошла к палатке. Лёша остался сидеть. Он смотрел на угасающий костёр и о чём-то думал.
Утром они собрались и поехали домой. Григорий не вышел их проводить. Только махнул рукой из окна сторожки.
По дороге Таня молчала. Лёша тоже. В машине играло радио. За окном проплывали знакомые пейзажи.
Когда приехали, Таня первым делом достала ноутбук и открыла таблицу. Лёша ушёл в гараж.
Вечером позвонила Тамара Васильевна. Таня взяла трубку.
— Татьяна, вы куда пропали? Я звонила.
— Ездили за город. Отдыхали.
— Ну-ну. Отдых — это хорошо. Ты мне лучше скажи, ты на день рождения Лёши что планируешь? Ему тридцать четыре. Надо что-то серьёзное.
Таня слушала свекровь и краем глаза смотрела на улицу. Во дворе Лёша копался в машине. Он что-то насвистывал.
— Я подумаю, Тамара Васильевна. Обязательно что-нибудь придумаем.
— То-то же. А то вечно у вас как в общежитии.
Таня попрощалась и положила трубку. Она села на диван и закрыла глаза. В голове всё ещё звучал голос Григория. «Выживание в лесу — это когда ты не думаешь о смысле жизни. Ты просто хочешь дойти до дома.»
Может, и ей стоит просто дойти до дома? До того дома, где нет свекрови с её сапогами, нет вечных таблиц и отчётов. Где просто Лёша и она. Но как это сделать, Таня не знала.
Она вздохнула и снова открыла ноутбук. Работа не ждала.
H2: Тридцать четыре
Таня закрыла ноутбук и пошла на кухню. В раковине стояла одна тарелка от завтрака. Лёша ещё не ел. Она налила себе воды, выпила залпом. В голове всё ещё звучал голос Тамары Васильевны: «Надо что-то серьёзное».
Лёша пришёл через полчаса. От него пахло бензином и машинным маслом. Он вымыл руки, вытерся полотенцем и сел за стол.
— Есть хочу, — сказал он. — Что у нас?
— Макароны. Разогрей.
Он поставил сковородку на плиту. Зажёг газ. Спичка сломалась, он чертыхнулся и чиркнул вторую.
— Мама звонила, — сказала Таня.
— Знаю. Я с ней говорил.
— И?
— Что «и»? — Лёша помешал макароны. — Говорит, надо отметить. Тридцать четыре всё-таки.
— А ты как хочешь?
Он пожал плечами.
— Давай просто шашлыки. На балконе. Позовём пару человек. Нормально же.
— Твоя мама хочет ресторан.
Лёша выключил газ. Макароны ещё не прогрелись, но он всё равно вывалил их на тарелку.
— Ну, мама хочет. А мы можем не хотеть. Скажи ей.
— Я?
— А кто? Ты же у нас главный дипломат.
Таня посмотрела на него. Он ел макароны и смотрел в телефон. На экране мелькали видео с рыбалкой.
— Ладно, — сказала Таня. — Пусть будет ресторан. Но организовывать будет она. Я не буду.
— Серьёзно?
— Серьёзно. Я умываю руки. Скажи ей, что я согласна на всё, что она предложит. Пусть бронирует, заказывает, рассаживает. Я приду как гость.
Лёша перестал жевать.
— Тань, ну ты чего? Она же потом…
— Что потом?
— Ну, она же будет говорить, что ты не помогала. Что тебе всё равно.
— Пусть говорит. Мне правда всё равно.
Она взяла свою кружку и ушла в комнату. Лёша остался на кухне. Было слышно, как он открыл кран и начал мыть сковородку.
H3: Бронирование
Тамара Васильевна взялась за дело всерьёз. Уже на следующий день она позвонила Лёше и продиктовала список гостей. Потом скинула ему в мессенджер фотографию меню. Потом ещё одну — с вариантами торта. Лёша пересылал всё Тане. Она не отвечала. Только ставила лайки.
В четверг свекровь позвонила сама.
— Татьяна, я забронировала «Прагу» на субботу. Шесть вечера. У них живая музыка и очень приличная кухня. Я заказала столик у окна.
— Хорошо, Тамара Васильевна.
— Ты должна надеть что-то приличное. Не эти твои свитера.
— У меня есть платье.
— Ну, надеюсь, не то, в котором ты была на Новый год. Оно тебя полнит.
Таня молчала. В трубке шуршало. Тамара Васильевна ждала ответа.
— Я куплю новое, — сказала Таня.
— Вот и умница. И ещё. Лёшеньке нужен хороший подарок. Что ты ему приготовила?
— Есть одна идея.
— Надеюсь, не очередная железка. Мужчине в его возрасте нужны солидные вещи. Часы, например. Я присмотрела одни в «Консуле». Правда, дорого, но для сына не жалко.
— Хорошо, Тамара Васильевна.
— Что «хорошо»? Ты купишь?
— Я куплю то, что хочу. А вы покупайте часы, если считаете нужным.
Пауза. Таня слышала, как свекровь дышит в трубку.
— Ну, смотри, — сказала Тамара Васильевна. — Потом не говори, что я не предупреждала.
Она положила трубку. Таня пошла в спальню и достала из шкафа коробку. Внутри лежал набор ключей и головок, который Лёша рассматривал в интернет-магазине ещё в феврале. Он тогда сказал: «Классная штука, но дорого». Таня запомнила. Набор стоил как половина её месячной зарплаты, но она отложила. Купила в прошлую субботу, пока Лёша был в гараже.
H3: Суббота
В «Прагу» они приехали порознь. Таня на такси, Лёша с матерью. У входа их встретил швейцар в бордовой ливрее. Внутри пахло жареным мясом и духами. Играло пианино. Тамара Васильевна уже сидела за столом и раздавала указания официанту.
— Татьяна! Наконец-то. Мы тебя заждались.
Таня села напротив. На ней было простое тёмно-синее платье, которое она купила вчера в торговом центре. Не самое дорогое, но сидело хорошо. Тамара Васильевна оглядела её и ничего не сказала.
Гости собрались быстро. Два Лёшиных друга с жёнами. Коллега Тамары Васильевны — женщина с высокой причёской. Ещё один мужчина, который представился как «давний партнёр по недвижимости». Он всё время говорил по телефону.
Тамара Васильевна подняла бокал.
— Дорогие друзья! Сегодня моему сыну исполняется тридцать четыре. Он вырос хорошим человеком. Настоящим мужчиной. У него есть работа, квартира, жена. Всё, как надо. Я хочу пожелать ему не останавливаться на достигнутом. Расти. Добиваться. Соответствовать.
Все выпили. Лёша кивнул. Таня сделала глоток вина.
Потом начались подарки. Тамара Васильевна торжественно вручила сыну бархатную коробочку. Внутри лежали часы. Дорогие, с блестящим браслетом. Лёша надел их на руку. Они были ему велики.
— Спасибо, мам.
— Носи. Это не просто часы. Это статус.
Лёша посмотрел на Таню. Она достала из сумки свёрток. Обычная бумага, скотч.
— Это от меня.
Лёша развернул. Набор ключей. Он заулыбался.
— Тань, ты серьёзно? Я же на них смотрел.
— Знаю.
— Это же… спасибо.
Он обнял её. Тамара Васильевна поджала губы.
— Инструменты. На празднике. Ну, каждому своё.
— Мам, мне нравится. Правда.
— Я не спорю. Просто странный выбор для жены. Можно было и что-то более… элегантное.
Таня не ответила. Она отпила вина и посмотрела в окно. На улице шёл дождь. Капли стучали по стеклу.
Кто-то из гостей спросил, как они съездили в лес. Лёша начал рассказывать про палатку, про дождь, про егеря. Таня дополнила.
— Мы познакомились там с одним мужчиной. Григорий. Он егерь. Рассказал нам реальную историю из жизни. У него была встреча с медведем. Восемь лет назад.
Женщина с высокой причёской подняла брови.
— Медведь? В наших лесах?
— Да. Он выжил. Потом было выживание в лесу. Три дня шёл без еды. И его пёс спас. Это преданность животных. Настоящая.
— Ой, байки, — махнула рукой Тамара Васильевна. — Егеря любят приврать. Чтобы впечатлить городских.
— Может быть, — сказала Таня. — Я не проверяла.
Она не стала спорить. Просто взяла вилку и отправила в рот кусок салата. Лёша посмотрел на неё с удивлением. Обычно она бы начала доказывать. Но сейчас её лицо было спокойным.
H3: После
Когда вечер закончился, Тамара Васильевна попросила Лёшу проводить её до машины. Таня осталась ждать такси. Она стояла у выхода, кутаясь в пальто. Дождь усилился.
Лёша вернулся через десять минут.
— Мама сказала, что ты была… сдержанной.
— Это комплимент?
— Не знаю. Она сказала, что ты умеешь держать лицо. Впервые.
Таня усмехнулась.
— Ну, хоть что-то.
— Спасибо, что не устроила сцену. Я знаю, что она тебя достала с этими часами.
— Лёш, я просто устала. Хочется, чтобы всё было по-человечески. Без этих игр.
— Я понимаю.
Они стояли под козырьком. Такси ещё не приехало. Лёша держал в руках коробку с ключами. Он не надел часы. Они остались лежать в бархатном футляре, в кармане.
— Поедем домой вместе? — спросил он.
— Поедем.
В машине они молчали. Водитель включил радио. Играла какая-то старая песня. Таня смотрела в окно. Лёша держал её за руку.
Дома Таня первым делом сняла платье и повесила в шкаф. Лёша ушёл в душ. Она открыла ноутбук. На почте было письмо от нового клиента. Она начала читать.
Телефон пискнул. Сообщение от Тамары Васильевны: «Спасибо за вечер. Всё прошло достойно. Часы Лёша может носить по праздникам. Инструменты тоже пригодятся. Спокойной ночи».
Таня прочитала два раза. Потом напечатала: «Спасибо за организацию. Всё было хорошо. Спокойной ночи».
Она положила телефон на беззвучный и вернулась к письму. За окном дождь стучал по подоконнику. Лёша вышел из душа, прошлёпал на кухню. Было слышно, как он открыл холодильник.
— Тань, будешь чай?
— Буду.
Она сохранила черновик ответа клиенту и закрыла ноутбук. На кухне закипал чайник. Лёша достал две кружки. Одну с синей каёмкой, другую с трещиной на ручке. Таня села за стол.
— Знаешь, — сказал Лёша, — может, съездим ещё в лес? В июне. К Григорию.
— Может.
— Он нормальный мужик. Не то что эти… партнёры по недвижимости.
Таня засмеялась. Тихо, почти беззвучно.
— Давай.
Чайник щёлкнул. Лёша залил кипяток. Пар поднялся над кружками. На кухне стало тепло.
