Алена вышла из переговорной последней. Пальцы, только что уверенно водившие по клавиатуре, теперь слегка дрожали. Она задержалась у окна в коридоре, посмотрела на оживлённую улицу. Внизу, у выхода из бизнес-центра, маячила знакомая фигура — Катерина, судорожно нажимавшая на кнопку телефона, словно пыталась кого-то вызвать. Никто не приезжал.
— Вам кофе принести? — спросила секретарша, проходя мимо.
— Да, пожалуйста, — Алена улыбнулась одними губами.
Она прошла в комнату для переговоров, где инвестор — Семён Борисович — уже обсуждал с юристом детали расторжения контракта с Катериной. Увидев Алену, он поднял руку:
— Алена, вы остаётесь? Мы хотим обсудить дальнейшее сотрудничество.
— С удовольствием, — ответила она, садясь напротив.
Разговор был долгим и деловым. Семён Борисович хвалил систему, расспрашивал о возможностях масштабирования, предлагал дополнительные модули. Алена отвечала чётко, по делу, но мысли её блуждали где-то далеко — в комнате студенческого общежития, где они с Катей варили пельмени в кастрюле с отломанной ручкой.
— …поэтому мы подпишем долгосрочный контракт, — закончил инвестор. — Юристы подготовят документы.
— Благодарю, — Алена встала, пожала протянутую руку.
— И ещё, — Семён Борисович замялся. — Катерину мы уволили, конечно. Но вы не переживайте. Такие люди рано или поздно попадаются.
— Я не переживаю, — соврала Алена.
Встреча с прошлым
Через два дня Катерина написала в мессенджере. Сообщение было коротким:
«Ты довольна? Ты разрушила мою карьеру».
Алена прочитала, подержала телефон в руке, убрала. Звонить и объяснять что-то не хотелось. Что объяснять? Что она не просила Катерину воровать деньги компании? Что она не заставляла её врать про устрицы? Что она просто делала свою работу?
Через час пришло второе сообщение:
«Ты молчишь, потому что тебе стыдно. Я знала, что ты завистливая, но чтобы так подставить…»
Алена не выдержала. Набрала номер.
— Я не подставляла тебя, Катя. Ты сама себя подставила.
— Ах, сама? — голос в трубке звенел от злости. — Ты специально выставила эти данные на презентации! При всех! Ты могла предупредить меня, дать шанс исправить!
— Ты три недели мучила мою команду, пыталась сорвать проект. Ты писала жалобы на нас. А я должна была тебя предупредить? О том, что система работает?
— Мы могли договориться! Как раньше!
— Как раньше — это как? Ты не вернула мне тридцать тысяч гривен. Ты врала всем, что я жадина. Ты использовала меня. А теперь ты хочешь, чтобы я тебя пожалела?
— Ты — сука, — прошипела Катерина и бросила трубку.
Алена смотрела на экран. Внутри было пусто. Не больно — просто пусто, как в квартире, из которой вынесли всю мебель.
Глава 3. Слухи и сплетни
В профессиональных чатах начали появляться странные сообщения. Кто-то писал, что Алена «подставила подругу ради контракта», кто-то — что она «использует служебное положение для сведения личных счетов». Алена не оправдывалась. Она просто выложила в общий доступ обезличенный отчёт по финансовым нарушениям, без имён, но с фактами.
— Зачем ты это сделала? — спросил коллега Максим.
— Чтобы люди знали правду. Не обо мне — о системе. Она работает.
— А о тебе?
— А обо мне пусть говорят, что хотят. Я не оправдываюсь перед теми, кто не спрашивает.
Звонок от мужа Катерины
Через неделю позвонил муж Катерины, Сергей. Алена знала его шапочно — высокий, всегда молчаливый, с усталыми глазами.
— Алена, здравствуйте, — голос у него был глухой. — Можно поговорить?
— Да, Сергей.
— Я насчёт Кати. Она… она уволилась. Вернее, её уволили. Теперь сидит дома, пьёт, плачет. Говорит, что вы её подставили.
— Я не подставляла, Сергей. Она сама…
— Я знаю, — он перебил. — Я знаю, что она брала деньги из компании. И про тот ужин знаю. И про всё остальное.
— И вы молчали?
— А что мне было делать? Она мать моих детей. Я думал, что она остановится. Думал, что это временное.
— А теперь?
— Теперь она в глубокой заднице. Без работы, без рекомендаций. Долги. Коммуналку нечем платить.
Алена молчала.
— Вы не могли бы… забрать заявление? Ну, чтобы не дали уголовку?
— Это не от меня зависит, Сергей. Это в компании решают. Я просто разработчик.
— Вы можете поговорить с инвестором. Семён Борисович вас слушает.
— Я подумаю, — сказала Алена.
Она подумала. И на следующий день записалась на приём к Семёну Борисовичу.
Глава 4. Разговор с инвестором
— Алена, вы по личному вопросу? — спросил Семён Борисович, откладывая очки.
— Да. По поводу Катерины.
— Я не собираюсь менять решение, если вы об этом.
— Я не прошу менять. Я прошу… может, не передавать дело в прокуратуру. Пусть просто уволят. Без уголовки.
— Почему вас это волнует? Она же вас подставила. И деньги ваши не вернула.
— Волнует, — Алена опустила глаза. — У неё двое детей. Муж с небольшой зарплатой. Если её посадят, дети останутся без матери.
— Она должна была думать о детях, когда воровала.
— Должна была. Но не подумала. А я подумала за неё.
Семён Борисович помолчал, постукивая пальцами по столу.
— Вы хороший человек, Алена. Но мягкий. Такие люди часто страдают.
— Я знаю. Но я не хочу, чтобы дети страдали.
— Ладно, — он кивнул. — Пусть будет увольнение. И штраф. Но без полиции.
— Спасибо.
Алена вышла. На душе было тяжело, но легче, чем когда она представляла Катерину в наручниках.
Глава 5. Катерина не благодарит
Алена не ждала благодарности. И не получила.
Катерина, узнав, что уголовного дела не будет, не позвонила, не написала. Она просто исчезла из соцсетей, сменила номер телефона, перестала отвечать на общие звонки.
— Наверное, стыдно, — сказал Максим.
— Наверное, — ответила Алена. — Или нет.
Однажды, через месяц, они случайно столкнулись в супермаркете. Катерина стояла у витрины с молочкой, выбирала дешёвый йогурт. Похудевшая, без макияжа, в старом пуховике. Увидела Алену, замерла.
— Привет, — сказала Алена.
— Здравствуй, — ответила Катерина, не поднимая глаз.
— Как ты?
— Нормально. Работу ищу.
— Я слышала.
— Ты рада? — Катерина подняла голову. — Что я теперь никто?
— Нет, — Алена покачала головой. — Я не рада. Я рада, что у тебя нет уголовки.
— Спасибо, — буркнула Катерина. — Хотя ты могла бы и не позорить прилюдно.
— Я не позорила. Я делала свою работу.
— Свою работу, — усмехнулась Катерина. — Ладно, бывай.
Она взяла йогурт и пошла к кассе, не оглядываясь. Алена осталась стоять у витрины.
Глава 6. Новый год, новые вызовы
Прошло полгода. Алена продолжала работать, развивать систему, ездить в командировки. Она почти забыла о Катерине — только иногда, когда заказывала устрицы в ресторане, вспоминала тот вечер.
Под Новый год ей позвонил Семён Борисович.
— Алена, у нас к вам предложение. Мы хотим, чтобы вы возглавили направление по внедрению наших разработок в смежных отраслях. Это повышение, новый офис, команда.
— Я согласна, — ответила она не раздумывая.
— Отлично. С нового года и приступайте.
Она повесила трубку и улыбнулась. В окне отражалась женщина — уверенная, спокойная, с лёгкой грустью в глазах. Ей было хорошо. Но что-то внутри всё ещё болело.
Глава 7. Письмо
В январе пришло письмо. По почте, бумажное, с маркой. Алена вскрыла — внутри был конверт без обратного адреса и листок в клеточку.
«Алена, здравствуй. Я долго думала, писать или нет. Наверное, надо. Я была дрянью. Я всё понимаю. Ты не виновата, я сама. Спасибо, что не дала посадить. Я уехала в другой город, работаю продавцом, снимаю комнату. Дети у мамы, пока. Я их навещаю, но жить пока не могу. Муж подал на развод. Я одна. И это я заслужила. Прости, если сможешь. Катя».
Алена перечитала три раза. Потом достала ручку, написала на обратной стороне: «Прощаю. Живи». И отправила обратно.
Глава 8. Через два года
Алена сидела в новом офисе, смотрела на команду, которую собрала. Молодые ребята, горящие глаза, идеи. Она любила свою работу.
В дверь постучали.
— Войдите.
На пороге стояла Катерина. Другая — постаревшая, с сединой в волосах, в скромной одежде, но с прямой спиной.
— Здравствуй, Алена.
— Здравствуй.
— Я ненадолго. Приехала по делам. Решила зайти.
— Садись.
Катерина села на стул, положила сумку на колени.
— Я не просить пришла. Просто… хотела сказать, что устроилась. Бухгалтером в маленькую фирму. Живу в съёмной квартире. Детей забрала.
— Я рада.
— Знаешь, — Катерина посмотрела ей в глаза. — Я тогда завидовала тебе. Сильно. Твоей свободе, твоим деньгам, твоей карьере. А потом поняла: это не у тебя украсть надо было, а у себя научиться.
— Тяжело учиться, — сказала Алена.
— Тяжело, — согласилась Катерина. — Но можно.
Она встала.
— Я пойду.
— Катя, — Алена тоже встала. — Ты голодная? Пойдём в кафе, пообедаем.
— За твой счёт? — усмехнулась Катерина.
— Нет. Каждый платит за себя.
— Справедливо, — Катерина улыбнулась. — Пойдём.
Они вышли вместе. В лифте молчали. На улице Алена показала на кафе через дорогу.
— Там недорого, но вкусно.
— Хорошо.
Они зашли, сели у окна. Заказали салат и кофе. Говорили о работе, о детях, о погоде. О прошлом — ни слова.
— Алена, — сказала Катерина, когда они допили кофе. — Ты простишь меня когда-нибудь?
— Я уже простила, — ответила Алена. — Давно.
— Тогда почему мы не дружим?
— Потому что дружба — это доверие. А доверие, однажды разрушенное, восстанавливается годами. И не всегда — полностью.
Катерина кивнула.
— Я буду ждать.
— Жди, — Алена встала, положила деньги на стол. — Созвонимся.
Они вышли. Катерина пошла в одну сторону, Алена — в другую. Каждая — своей дорогой.
Глава 9. Эпилог. Новая глава
Алена сидела на кухне, пила чай, смотрела на заснеженный двор. Кот, которого она завела после развода, спал на подоконнике.
Телефон звякнул. Сообщение от Катерины: «Спасибо за обед. И за разговор. Я, правда, изменилась. Может, когда-нибудь…»
Алена не ответила. Она убрала телефон, допила чай и пошла готовиться к завтрашней презентации.
Как бы вы поступили на месте Алены? Отомстили бы подруге до конца или простили бы, как она? Я думаю, у каждого свой ответ. Алена не мстила — она просто защищала свою работу. И, кажется, это сработало.
Расскажите в комментариях. Может, у кого-то тоже была такая история — когда друзья предавали из-за денег? Как вы решили?
