Часть 2. Вода и тишина
Я вынырнула, хватая воздух, и тут же хлебнула солёной воды. Горло обожгло, в ушах зашумело. Я пыталась держаться на месте, не тратить силы, но тело само дёргалось, пальцы судорожно хватали пустоту.
Яхта медленно отходила. На палубе стояли трое: свекровь, свёкор и он. Мой жених. Он всё ещё держал в руке солнечные очки, будто решал, надеть их обратно или нет.
— Ну что, хватит играть в спасателя? — голос свекрови долетел сквозь ветер. — Пусть поплавает.
Свёкор хмыкнул.
— Да ладно тебе, Инга, шутишь… — он говорил как будто не всерьёз, но даже не потянулся к спасательному кругу.
А я смотрела на этот круг. Он висел на крюке, яркий, оранжевый, совсем рядом с ними. И никто не шевельнулся.
Где-то далеко, за горизонтом, мелькнула белая точка. Катер. Но он шёл не сюда.
Я сглотнула, стараясь не паниковать. Паника съедает силы. Я знала это. Когда-то давно, ещё в детстве, я училась плавать в холодном озере у бабушки, и тренер повторял: «Если страшно — дыши. Если страшно — не маши руками, как сумасшедшая». Но сейчас я махала. Потому что иначе тонула.
— Помогите! — снова крикнула я. Голос сорвался, получился хрип.
Свекровь наклонилась к борту, прищурилась, будто разглядывала что-то мелкое.
— Что-то она там кричит… — сказала она спокойно. — Наверное, просит, чтобы мы её подобрали.
И снова смех. Не громкий, не злой даже, а какой-то привычный, как будто они каждый день сбрасывали кого-то за борт и это было нормой.
Жених наконец надел очки. Повернулся и пошёл прочь от борта. Просто пошёл. Как будто ему стало скучно.
В этот момент я перестала ждать.
Часть 3. Кто я на самом деле
Когда я говорила, что они не знают, кто я, это не было красивой угрозой. Это была правда, которую я прятала. Не ради выгоды, а потому что хотела, чтобы меня полюбили не за деньги и не за фамилию. Хотела, чтобы полюбили меня.
Но сейчас эта правда стала единственным шансом.
Вода тянула вниз. Холод забирался под кожу, мышцы начали ныть. Я вспомнила, как в прошлом году стояла в кабинете отца и он, постукивая ручкой по столу, говорил:
— Ты можешь всё. Но не выноси это на публику. Пусть сначала увидят тебя.
Я тогда кивнула. А теперь жалела об этом.
Рядом проплыл кусок пенопласта — видимо, отвалился от чего-то на яхте. Я схватилась за него, прижала к груди. Стало чуть легче держаться.
На яхте снова раздался смех. Потом голос свёкра:
— Инга, ну хватит. Давай уже поднимем её.
— Зачем? — её голос был ровным. — Пусть поймёт, где её место.
— Её место рядом с нашим сыном, — сказал он сухо. — А не в воде.
Они заспорили. Слов я не разбирала, но интонация была знакомой: так спорят люди, которые давно друг к другу привыкли и уже не боятся обидеть.
Я закрыла глаза на секунду. Солёная вода щипала веки. И вдруг поняла: если я сейчас не сделаю что-то, они так и будут спорить, а я буду тонуть.
Часть 4. Звонок
У меня в кармане купальника был телефон. Маленький, водонепроницаемый, который я взяла «на всякий случай». Я не надеялась, что он сработает, но пальцы сами нащупали кнопку.
Экран мигнул. Сеть была. Слабая, но была.
Я набрала номер, который знала наизусть.
— Алло, — голос на том конце был спокойным, почти будничным.
— Это я, — прошептала я, и голос дрогнул. — Меня столкнули с яхты. Я в воде. Они не помогают.
Тишина. Потом:
— Где ты?
Я посмотрела вокруг. В голове крутились координаты, которые я запомнила, когда мы садились на яхту. Отец всегда заставлял меня запоминать такие вещи: «Никогда не знаешь, когда пригодится».
— Я… я не уверена, но примерно… — я назвала цифры.
— Держись, — сказал голос. — Мы уже в пути.
И связь оборвалась.
Я сунула телефон обратно в карман. Пенопласт начал крошиться под пальцами. Я крепче сжала его, чувствуя, как острые крошки впиваются в кожу.
На яхте спор затих. Теперь они стояли у борта втроём. Я видела, как свекровь что-то быстро говорит, размахивая руками. Свёкор смотрел на воду, будто только сейчас понял, что это не шутка.
А жених… он снова снял очки. И смотрел прямо на меня. Не так, как раньше. В этом взгляде было что-то новое. Может, сомнение. Может, испуг. Но я не хотела разбираться.
Часть 5. Тень на воде
Через несколько минут я услышала гул мотора. Сначала слабый, потом всё ближе и ближе. Из-за поворота вышел катер. Не большой, но быстрый. На борту стояли двое в тёмной форме.
Катер резко сбросил скорость, подошёл к тому месту, где я держалась на воде. Один из мужчин наклонился, протянул руку.
— Держитесь! — крикнул он.
Я потянулась к нему. Пальцы скользнули по его перчатке, но я успела схватиться. Меня резко, но аккуратно втянули на борт.
Кто-то накинул на плечи полотенце. Тёплое, сухое. Я дрожала, зубы стучали.
— Всё, вы в безопасности, — сказал тот же мужчина. — Дышите спокойно.
Я кивнула, не в силах говорить.
Катер развернулся и пошёл обратно к яхте.
На палубе все трое стояли неподвижно. Свекровь прижала ладонь к груди, будто пыталась унять сердцебиение. Свёкор шагнул вперёд, но тут же остановился.
А жених… он стоял чуть в стороне, с очками в руке, и смотрел на меня так, будто видел впервые.
Катер остановился рядом. Между нами было всего несколько метров воды.
Один из спасателей повернулся к ним:
— Вы понимаете, что совершили уголовное деяние?
Свекровь открыла рот, но не нашлась, что сказать.
— Мы просто… — начал свёкор, но его голос звучал неуверенно.
Спасатель не стал слушать.
— Сейчас главное — состояние пострадавшей. Дальше разберёмся.
Он посмотрел на меня.
— Готовы?
Я медленно кивнула.
Тогда он достал рацию и коротко сказал:
— Объект под контролем. Нужна медпомощь и протокол.
Часть 6. Разговор без слов
Меня посадили в каюту катера. Там было тепло, пахло деревом и чистящим средством. Кто-то принёс горячий чай в пластиковом стаканчике. Я держала его обеими руками, чувствуя, как тепло медленно проникает в пальцы.
Дверь приоткрылась. На пороге стоял жених.
Он не вошёл, просто стоял, держась за косяк.
— Можно? — спросил он тихо.
Я не ответила. Просто смотрела на стаканчик, на пар, который поднимался над чаем.
Он шагнул внутрь, закрыл дверь. Сел на край скамьи напротив.
— Я не знал, что она… — начал он.
Я подняла глаза.
— Не знал, что она столкнёт меня за борт? Или не знал, что это неправильно?
Он замолчал. Его пальцы теребили дужку очков.
— Я думал, это… какая-то игра, — наконец сказал он. — Она всегда так делает. Проверяет людей.
— Проверяет? — я усмехнулась, и сама услышала, как это прозвучало горько. — Сбрасывая их в море?
Он опустил голову.
— Прости, — прошептал он.
Я ничего не сказала. Просто снова опустила взгляд на чай.
В коридоре послышались шаги. Дверь открылась. На пороге появился мужчина в тёмном костюме — тот самый, чей голос я слышала по телефону.
— Пора, — коротко сказал он.
Я встала. Полотенце сползло, я накинула его обратно.
Жених вскочил.
— Подожди, — сказал он. — Давай поговорим.
Я остановилась у двери. Посмотрела на него.
— Сейчас не время, — сказала я. — Сейчас время разбираться с тем, что произошло.
Мужчина в костюме кивнул.
— Пойдёмте, — сказал он мне.
Я вышла из каюты, оставив жениха одного.
Часть 7. На берегу
Берег был серым, мокрым от недавнего дождя. Пахло солью и мокрым асфальтом. Рядом стояли машины, мигали проблесковые маячки.
Меня встретили медики. Осмотрели, измерили давление, предложили поехать в больницу. Я отказалась.
— Со мной всё в порядке, — сказала я, хотя руки всё ещё дрожали.
Ко мне подошёл мужчина, который руководил операцией.
— Теперь расскажите всё по порядку, — сказал он спокойно. — Без спешки.
Я начала. Рассказывала просто, без лишних эмоций. Про то, как свекровь пролила вино. Про приказ вытереть. Про толчок в спину. Про то, как они смеялись.
Когда я дошла до момента, когда жених просто смотрел, мужчина слегка нахмурился, но ничего не сказал. Просто слушал.
Потом он достал блокнот и записал несколько фраз.
— Спасибо, — сказал он, закрывая блокнот. — Это поможет.
Я кивнула.
Рядом стояла группа полицейских. Они разговаривали с родителями жениха. Свекровь что-то горячо объясняла, размахивая руками. Свёкор стоял рядом, опустив голову.
Жених стоял чуть поодаль. Он не подходил. Просто смотрел.
К нему подошёл один из полицейских, что-то спросил. Жених кивнул, потом медленно пошёл к машине.
Часть 8. Ночь
Ночь пришла быстро. Город зажёг огни, и они отражались в воде, как рассыпанные монеты.
Я сидела на скамейке у набережной. Рядом сидел тот самый мужчина — мой отец. Он не говорил ничего лишнего. Просто был рядом.
— Ты молодец, — тихо сказал он. — Ты не растерялась.
Я пожала плечами.
— Просто хотела выжить.
Он положил руку мне на плечо.
— Этого достаточно.
Я смотрела на воду. Она казалась спокойной, но я знала, что под поверхностью всегда есть течение.
Телефон в кармане завибрировал. Я достала его. На экране было сообщение от жениха:
«Пожалуйста, ответь. Мне нужно всё объяснить».
Я прочитала, потом убрала телефон. Не стала отвечать.
Отец заметил.
— Не торопись, — сказал он. — Пусть сначала разберутся с последствиями.
Я кивнула.
Где-то вдалеке снова загудел мотор. Катер уходил в темноту, оставляя за собой светлую дорожку.
Я вздохнула. Холодный ветер коснулся кожи, но теперь он не казался враждебным. Просто ветер.
Завтра будет новый день. И много разговоров. Но сегодня я просто хотела посидеть и послушать, как волны шепчут что-то своё, понятное только им.
